СВЯТАЯ ИМПЕРАТРИЦА АЛЕКСАНДРА ФЁДОРОВНА И ЕЕ ПОДРУГИ

СВЯТАЯ ИМПЕРАТРИЦА АЛЕКСАНДРА ФЁДОРОВНА И ЕЕ ПОДРУГИ

размещено в: НОВЫЕ СТАТЬИ, Библиотека | 0

Публикуется впервые (26.10.2020 г.)

Мария Тоболова


Меня не беспокоит, богат тот человек или же беден. Друг для Меня, кем бы он ни был, всегда остается другом.

Святая Императрица Александра Федоровна

 

Императрица Александра Федоровна (1872 – 1918) в шестилетнем возрасте лишилась матери и младшей сестры Мэй: обе одновременно умерли от дифтерии. Это трагическое событие, видимо, наложило горестный отпечаток на ее эмоциональное состояние в будущем. Императрица была по натуре меланхолична, замкнута и болезненно застенчива; балам и увеселениям предпочитала тихие семейные вечера. Александра Федоровна была искренней, глубоко верящей в Бога. Ее дневники и переписка свидетельствуют о том, что мысли и чувства Царицы были возвышенны и благородны. Слабое здоровье и пять беременностей в течение 10 лет не позволяли ей часто появляться на балах и официальных приемах. Царская чета вела настолько закрытый образ жизни, что их считали «царскосельскими затворниками». Эта изоляция породила в высшем обществе слухи о высокомерии, надменности, холодности и неприступности Александры Федоровны.

Венценосная Чета правила в атмосфере зависти, сплетен и интриг светского общества. Беспорядочные связи, неразборчивые браки, жажда постоянных увеселений – вот характерные черты, которыми была заражена высшая российская элита того времени.

К началу ХХ века Царская Семья насчитывала около 100 человек, и все они не были сплочены между собой, а между отдельными кланами существовало соперничество. Многочисленные родственники со стороны мужа недолюбливали новую Царицу. С самого начала появления при Дворе молодой Императрицы начались бесчисленные нападки на нее. Тон неприязни задала вдовствующая императрица Мария Федоровна, которая ревновала сына Николая к невестке. В угоду ей придворная камарилья ее Двора также стала скверно относиться к Александре Федоровне и распускать про нее ложные, нелепые слухи. Так, например, Великая Княгиня Мария Павловна (старшая), жена Великого Князя Владимира Александровича, решила было взять под свое покровительство молодую Императрицу, но когда та отвергла ее «заботу», стала непримиримым врагом Александры Федоровны.

Император Николай II очень любил свою жену, но в силу своей занятости не мог уделять ей столько внимания, сколько ей того хотелось бы. Оказавшись в новом отечестве среди незнакомых людей, она искала поддержки и понимания. «Чтобы стать самой собою, мне нужен преданный друг. Я не создана для того, чтобы блистать в обществе. У меня нет таланта вести пустые разговоры или острить. В человеке мне нравится его внутренняя сущность. Именно это привлекает меня в людях», — писала Александра Федоровна своей фрейлине Марии Барятинской.

Через несколько лет у Александры Федоровны развилось постоянное физическое недомогание, к которому присоединились радикулит, невроз сердца, хроническая невралгия. Особенно усилил ее недуги страх за жизнь Наследника Цесаревича Алексея, страдавшего гемофилией. Императрица часто старалась превозмогать сильную боль, не показывая ее на людях. Ее стали обвинять в истеричности и даже ненормальности. Александра Федоровна обладала сильным характером и стойко переносила выпавшие на ее долю страдания. Новая Императрица не поддавалась на лесть фрейлин и высших чиновников, интуитивно чувствуя лицемерие и фальшь в их к ней отношении. Она искала в своем окружении людей искренних и бесхитростных. Русские аристократки осуждали ее за то, что она удостаивала дружбой простых людей. Если она в ком-то разочаровывалась, то навсегда порывала с таким человеком все связи. Однако, если выбирала кого-то в друзья, то была верна им до конца. «..Своих немногочисленных подлинных друзей я ценю гораздо больше, чем многих лиц моего окружения», — сказала однажды Императрица своей подруге Лили Ден.

В 1898 году фрейлина Императрицы Мария Барятинская вышла замуж, а замужество автоматически вело к потере должности фрейлины. На вакантное место штатной фрейлины стали претендовать многие юные аристократки, но выбор Александры Федоровны пал на 23-летнюю сироту Софью Орбелиани (1875 – 1915). Она была единственной дочерью князя Ивана Орбелиани, принадлежавшего к древней кавказской аристократии, и княгини Марии Святополк — Мирской. Софья владела несколькими иностранными языками, хорошо рисовала, обладала замечательными музыкальными способностями, была прекрасной наездницей. В отличие от окружения Императрицы, которое настороженно отнеслось к новоявленной фрейлине, Александра Федоровна быстро привязалась к Софье, так как почувствовала в ней искреннюю преданность. Софья пыталась отвлечь Императрицу от грустных мыслей, устраивала музыкальные вечера, на которые приглашала женщин из высшего круга столицы.

В октябре 1903 года Софья Орбелиани сопровождала Императорскую семью в Дармштадт, где они присутствовали на свадьбе племянницы Александры Федоровны. Во время верховой прогулки Соня упала с лошади и повредила позвоночник. Императрица, несмотря на обилие официальных мероприятий, по два-три раза навещала свою подругу, которую лечили лучшие придворные врачи ее брата – герцога Гессен Дармштадтского. Такое повышенное внимание Императрицы к своей фрейлине многими воспринималось как нарушение придворного этикета.

Немецкие медики пришли к заключению, что Соня Орбелиани неизлечимо больна. В будущем ее ожидало постепенное ограничение подвижности, а затем полный паралич и смерть. Соня была дорога Императрице, и та, зная ее диагноз, не оставила больную подругу на произвол судьбы, а проявила о ней трогательную заботу. Она поселила ее в Александровской дворце, где ей предоставили три комнаты, расположенные рядом с комнатами Великих Княжон. Высший свет осуждал это проявление сострадания к ближнему. По свидетельству А.И. Спиридовича, руководителя Дворцовой охраны, упреки сводились к тому, что для Императорских Дочерей совершенно не полезно жить рядом с умирающей женщиной. Но Александра Федоровна игнорировала эти упреки, оставаясь верной долгу дружбы.

Все расходы по лечению Сони Александра Федоровна взяла на себя. Для заболевшей фрейлины приглашали лучших врачей, приобретали самые удобные инвалидные коляски. По состоянию здоровья Соня не могла выполнять обязанности фрейлины, но Александра Федоровна отказалась принять ее отставку. Соня, как могла, старалась быть полезной венценосной подруге. Когда она окончательно слегла, то разбирала многочисленную корреспонденцию Императрицы.

Александра Федоровна посещала Соню ежедневно, а во время сильных приступов боли сидела у постели бедной девушки. Царица сама много страдала в жизни, а потому сочувствовала и понимала страдания других людей. Фрейлина София Буксгевден свидетельствовала о Софье: «Огромное влияние имела на нее Императрица; несчастной девушке, которая знала, что ее ждет, именно она привила чувство христианского смирения, и та не только терпеливо переносила болезнь, но была бодра духом и проявляла горячий интерес к жизни».

В течение девяти лет Императрица делала всё, чтобы облегчить жизнь угасавшей фрейлины. Когда в декабре 1915 года врачи сообщили, что конец близок, Александра Федоровна не отходила от своей умирающей подруги. Царица писала Государю (1 декабря 1915г): «Заболела Соня. Она очень слаба, шум в легких…Она звала меня и священника. Я знаю, что она любит причащаться во время болезни, поэтому пошлю к ней батюшку».

Софья скончалась буквально на руках Императрицы. Александра Федоровна писала мужу 2 декабря: «Еще одно верное сердце ушло в неведомый край!…Бог Милосердный взял ее к Себе, без всяких страданий…» Императрица сидела рядом с открытым гробом и гладила волосы почившей княжны. «Мне так хотелось побыть с ней подольше», — сказала она сквозь слезы.

Все расходы, связанные с похоронами фрейлины, Императрица взяла на себя. На отпевании Александра Федоровна присутствовала в форме сестры милосердия. «Так я словно ближе к ней, чувствую себя в большей степени человеком и в меньшей Императрицей».

Наперсницей Императрицы Александры Федоровны была Анна Александровна Танеева (Вырубова) (1884 -1964), дочь управляющего «Собственной Его Величества Канцелярии», музыканта, композитора А.С. Танеева (1850 – 1918).

«Общие страдания, общая вера в Бога, общая любовь к страждущим создали почву для тех дружеских отношений, какие возникли между Императрицей и А.А. Вырубовой… Бесконечно добрая, детски доверчивая, чистая, не знающая ни хитрости, ни лукавства, поражающая своею чрезвычайною искренностью, кротостью и смирением, нигде и ни в чем не подозревающая умысла, А.А. Вырубова, подобно Императрице, делила свое время между Церковью и подвигами любви к ближнему…», — писал князь Н.Д. Жевахов.

Клеветники публиковали самые гнусные подробности о ее якобы развратной жизни. Ее обвиняли в самых отвратительных грехах и государственных преступлениях: она якобы была немецкой шпионкой, добавляла яд в пищу Государя и Наследника, что была любовницей Григория Распутина. Причиной ненависти высшего света к Вырубовой была простая человеческая зависть.

2 января 1915 года при крушении поезда Анна получила травмы такой тяжести, что врачи сочли ее положение безнадежным. Узнав о катастрофе, Императрица тотчас же поехала к пострадавшей и трепетно ухаживала за ней. Анна выжила, но на всю жизнь осталась калекой. Государыня подарила ей карету и пару лошадей и часто выезжала вместе с нею.

Незадолго до революции Анне Александровне угрожали расправой, и друзья убеждали ее покинуть Императрицу и тем спасти себя, но она резко отринула это предложение. Позже Императрице тоже советовали удалить от себя Вырубову, чтобы не раздражать революционную власть, на что она ответила: «Я не предаю своих друзей».

За несколько дней до Февральского переворота Анна Александровна заболела тяжелейшей формой кори. Заболели и Царские Дети. Императрица буквально разрывалась между больными Детьми и Анной, однако ежедневно навещала свою больную подругу.

3 апреля Керенский арестовал Анну Александровну и поместил ее в Петропавловскую крепость. А потом в ее жизни были Свеаборская крепость, Выборская тюрьма. Чудом оказавшись на свободе, она сразу же стала посылать через верных людей посылки Царским друзьям в Сибирь. «Я посылала и собирала, что могла, лишь бы доставить Им радость!» — писала она своему знакомому. В период заточения Царской Семьи Государыня написала своей любимице более 20 писем, в которых она называла Анну ласковыми именами: «дорогое мое дитя», «милая», «родная», «душка», «маленькая моя дочка», мой дорогой друг», «маленькая моя» и др.

В декабре 1920 года Анне Александровне все-таки удалось бежать из России в Финляндию. В изгнании она приняла монашеский постриг с именем Мария и написала автобиографическую книгу «Страницы моей жизни», в которой свидетельствовала о святости жизни Царской Семьи. Ее свидетельства разрушали клевету на Помазанника Божия. В книге она рассказывала, как святые страстотерпцы Император и Императрица верой и правдой служили своему Отечеству, как беззаветно любили Россию.

Анна Александровна Танеева перешла в вечность в 1964 году в возрасте 80 лет и похоронена в Хельсинки на местном православном кладбище.

Фрейлиной, ставшей близкой Августейшей Семье, стала баронесса София Карловна Буксгевден (1883 – 1956). С 1913 года она вошла в так называемый «ближний круг» Императрицы Александры Федоровны и добросовестно и преданно служила ей до ее мученической смерти. Иза (имя, данное ей в Царской Семье) помогала Государыне в устройстве школ, приютов, больниц, а во время войны стала ее помощницей в организации складов, госпиталей и санитарных поездов. Она не смогла отправиться вместе с Царственными Мучениками в Тобольск 1/14 августа 1917г. из-за операции аппендицита, но по выздоровлении 6 ноября 1917г. после долгих хлопот получила необходимые документы, дающие право соединиться с Императорской Семьей.

Преодолевая невероятные трудности на пути в Екатеринбург, София Карловна 23 декабря 1917 года добралась до цели, но к Царской Семье не была допущена. Ей пришлось снять жилье в городе и зарабатывать на жизнь частными уроками. 6 мая 1918г. Софии Карловне было разрешено сопровождать Царских Детей из Тобольска в Екатеринбург. Радостной была встреча Софии с Наследником Цесаревичем и Великими Княжнами Ольгой, Татьяной и Анастасией. Присутствие бодрой и решительной Изы было для них поистине Божией милостью. На вокзале, 10/23 мая баронесса София Карловна Буксгенден попрощалась с Наследником и Великими Княжнами. Как оказалось, навсегда. Детей увели, а остальных не допустили в Ипатьевский дом, объявив, что они свободны. 2 июня 1918 года свите и служащим было приказано в течение 12 часов покинуть Екатеринбург и вернуться в Тобольск. Пробыв в Сибири в общей сложности 14 месяцев, в трудные дни разгоравшейся гражданской войны, она в феврале 1919 года навсегда покинула Россию. Через Дальний Восток, Японию и Северную Америку добралась до Европы. Сначала жила в Дании, а в 1935 г. переехала в Англию.

Живя в Лондоне, баронесса Буксгевден написала три книги: «Жизнь и трагедия Александры Федоровны, Всероссийской Императрицы», «Перед бурей» и «Оставленные». В своих книгах она дает объективную характеристику Императрице Александре Федоровне. «Как бы я хотела, чтобы моя работа помогла исправить то ложное впечатление, которое возникло благодаря описаниям людей, в лучшем случае знавших Ее лишь поверхностно. Быть может, эта книга станет в будущем верной оценкой случившегося», — писала Софья Карловна.

Скончалась в 1956 году и была похоронена на лондонском кладбище.

Говоря о подругах Императрицы, нельзя обойти вниманием Юлию Александровну Ден (1885 – 1963), которую в Царской Семье звали «Лили». В последнее десятилетие перед трагическим 1918 годом она была особенно близка к Императрице.

В 1907 году Юлия Александровна вышла замуж за Карла фон Дена, одного из офицеров императорской яхты «Штандарт». Перед свадьбой Государыня пожелала познакомиться с невестой, которая ей понравилась, и Их Величества благословили пару иконами, а в день свадьбы прислали радиограмму с пожеланием счастья. С этого времени Дены стали желанными гостями в Царской Семье.

В первые недели после Февральской революции Лили по просьбе Государыни приехала во дворец и в течение трех недель ухаживала за больными Царевнами и Наследником. Пьер Жильяр, учитель французского языка Царских детей, так описывает душевное состояние Александры Федоровны 3-го марта, когда она еще ничего не знала об отречении мужа от престола. «Мучения Императрицы в эти дни величайшей тоски, без вестей от Императора, в отчаянии сидевшей у изголовья больного мальчика, превзошли всякое воображение. Она дошла до крайних пределов человеческих сил…» В этот чрезвычайно трудный для Императрицы период Лили оказала ей реальную помощь и моральную поддержку. А в это время ее собственный маленький сын оставался в революционном Петрограде на попечении 60-летнего отца и прислуги. Потом пришло известие, что ее сын тяжело заболел. Лили пришлось делать труднейший выбор между материнским чувством и долгом дружбы, и она осталась верной долгу. «…Я стала думать о своем малыше. Сознавая, что ребенок серьезно болен, я понимала: мое место – здесь, во Дворце. Я сердцем чувствовала, что самое главное для меня – Государыня. Что так будет всегда, когда речь пойдет о долге. Я отдавала себе отчет в том, что могу никогда не увидеть мужа или сына… Но я знала и другое – я последую за Императорской Семьей повсюду, куда будет угодно судьбе».

Императрица по достоинству оценила благородный поступок Лили и писала ей из Тобольска: «Никогда не забуду, что Вы сделали для меня, и твердо верю, что Господь Вас не оставит. Вы тогда бросили Вашего сына ради «Матери» и ее Семьи, и за это велика будет Ваша награда».

3 апреля (21 марта ст.ст.) Юлию Александровну неожиданно арестовали, но потом отпустили под подписку о невыезде. Переписка между Лили и Царской Семьей продолжалась до Их отъезда в Екатеринбург. Затем она с сыном выехала к матери в имение под Кременчугом. Собиралась поехать в Тобольск, оставив сына на мать, но не успела: на юге России начались военные действия. Лилии Александровне бежала из России через Одессу, Константинополь, и после долгих странствий она в 1920 году, наконец, встретилась с мужем в Англии. Скончалась в 1963 году в Риме, в возрасте 78 лет.

В эмиграции Юлия Александровна написала книгу «Подлинная Царица». Правдивый образ Александры Федоровны, нарисованный на страницах этой книги, резко отличается от ее образа, созданного желтой прессой и сплетнями светской черни.

С душевным теплом относилась Александра Федоровна к фрейлине Анастасии Васильевне Гендриковой, которая добровольно последовала в сибирскую ссылку вместе с Царской Семьей. Анастасия была в силу возраста (на 16 лет моложе Государыни) скорее подругой Великих Княжон Ольги и Татьяны, чем Государыни. Была убита большевиками в Перми 4 сентября 1918 года. Вместе с ней расстреляли Екатерину Адольфовну Шнейдер, учительницу русского языка. Сначала она обучала русскому языку Елизавету Федоровну, супругу Великого Князя Сергея Александровича, потом учила ее сестру, будущую Императрицу Александру Федоровну, и, наконец, Царских Детей. Добровольно последовала за Их Величествами в ссылку и отдала жизнь за Тех, Кого беззаветно любила и Кому была безгранично преданна. А.В. Гендрикова и Е.А. Шнейдер причислены к лику святых РПЦЗ в 1981году. Их жизнь и смерть явились примером той любви, о которой Господь сказал: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин.15,13).

Жизнь показала, что Александра Федоровна не ошиблась в выборе подруг и друзей, которых приблизила к себе и которые остались верны ей не только во время тяжких испытаний, но и после ее смерти. Взаимная жертвенная христианская любовь Императрицы и ее подданных, их многолетняя дружба выдержали испытание временем.