- Храм Святых Царственных Страстотерпцев в Ясеневе - http://www.hramstrastoterpcy.ru -

Верная до смерти горничная Императрицы Анна Степановна Демидова (1878 – 1918)

Публикуется впервые 3.05.2018

Мария Тоболова


ВЕРНАЯ ДО СМЕРТИ ГОРНИЧНАЯ ИМПЕРАТРИЦЫ

АННА СТЕПАНОВНА ДЕМИДОВА

(1878 – 1918)

 

Нет больше той любви, как если кто положит душу свою

за друзей своих  (Ин.15,13).

 

Приближается столетняя годовщина памяти убиенных в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге одиннадцати Мучеников. В страшном подвале Ипатьевского дома вместе с семью членами Царской Семьи были казнены и верные им слуги: доктор Е.С. Боткин, повар И.М. Харитонов, камердинер А.Е. Трупп и горничная А.С. Демидова. Эти люди остались верными долгу, чести и присяге и мужественно пошли на смерть, проявив глубину христианского смирения и жертвенную любовь. Они сделали свой выбор между жизнью и смертью «за други своя», и этот выбор стал духовным подвигом и примером верности на все века.

После отречения Государя Императора Николая II от престола почти все приближенные подло покинули Царскую Семью, забыв о клятве верности, принесенной в свое время Помазаннику Божьему. Обласканные властью и почестями, сановные господа и представители дворянской элиты разбежались кто куда. Затем последовал домашний арест Романовых, ссылка в Тобольск, куда с бывшим Царем поехали слуги, не пожелавшие покинуть Императорскую Семью в годину испытаний. Среди них была горничная Императрицы Анна Степановна Демидова. Она же последовала за Царственными Страстотерпцами в Екатеринбург и вместе с ними приняла мученическую смерть.

Анна Степановна Демидова родилась 14(26) января 1878 года в Череповце, в состоятельной мещанской семье Степана Александровича и Марии Ефимовны Демидовых. Демидовы издавна были известны в городе как глубоко верующие люди и щедрые благотворители. Прапрадед Анны, Василий Никифорович, на свои средства открыл в Череповце первое училище. Дед Анны, Александр Андреевич Демидов, был старостой Воскресенского собора. Отец её  был гласным Череповецкой городской думы и уездного земского собрания членов городской управы, а также председателем «Череповецкого общества взаимного от огня страхования». У Анны были два брата и младшая сестра Елизавета, с которой она была особенно дружна.

Анна Демидова (Нюта, как звали ее домашние) сначала училась в двухклассной школе при Иоанно-Предтеченском Леушинском монастыре, основанном известной игуменией Таисией, духовной дочерью св. праведного Иоанна Кронштадтского. По окончании этой подготовительной школы Анна продолжила образование в шестилетней «Учительской женской школе с рукодельными классами» при этом же монастыре. Преподавание в ней велось на уровне высшего учебного заведения. Игумения Таисия написала программу обучения воспитанниц, которая включала такие предметы, как Закон Божий, русская словесность, иностранные языки, арифметика, история, естествознание, музыка. В Леушинских школах очень серьезно было поставлено обучение рукоделию, иконописи, живописи. Настоятельница уделяла большое внимание воспитанию в ученицах высоких моральных качеств: глубокой веры, трудолюбия, стремления к добру, чувства ответственности и долга. Плоды этого воспитания видны в будущих жизненных поступках Анны. По окончании с отличием учительской школы в 1898 году Анна Демидова получила аттестат домашней учительницы.

Владение искусством рукоделия сыграло решающую роль в дальнейшей судьбе Анны. По семейному преданию, на одной из выставок рукодельных работ Леушинского монастыря Императрице приглянулись работы Анны Демидовой, и Александра Федоровна, будучи сама искусной вышивальщицей, пригласила девушку служить во дворце в качестве горничной.  13 января 1898 года 20-летняя Анна была «определена к комнатам Е.И.В. Государыни Императрицы Александры Федоровны» и получила  штатную должность камер-юнгферы. За эту службу ей и её родственникам было пожаловано потомственное дворянство.

На долгие годы поселилась Анна в Александровском дворце. Скромная, добрая,   услужливая девушка с ровным характером быстро вписалась в Семью, заслужив благосклонность Императрицы и любовь ее детей. Она ответственно относилась к своим обязанностям, главная из которых состояла в обучении великих княжон рукодельному мастерству: шитью, вышиванию, вязанию. Иногда она была и их няней. «Сейчас иду спать. Нюта меня причесывает», — писала однажды великая княжна Ольга отцу.

Нюта Демидова была очень привязана к Царской семье, великие княжны отвечали ей взаимностью. Особенно полюбила Нюта младшую царскую дочь Анастасию, в воспитании которой она принимала участие с самого раннего её детства. В семье сестры Анны сохранилась открытка, посланная Анастасией Анне: «Поздравляю мадмуазель Анну! Анастасия. До скорой встречи».

Был у Нюты жених – инженер Н. Н. Эрсберг, брат комнатной девушки при царских дочерях  Елизаветы Эрсберг. Дело шло к свадьбе, однако брак не состоялся. Видимо, Анна не пожелала расстаться с Царской Семьей, зная, что комнатные  девушки, вышедшие замуж, сразу же лишались места. Воспитанница Леушинского монастыря, Анна писала родным, что службу у Помазанника Божия воспринимает как послушание и по своей воле никогда эту службу не оставит.   Она с любовью рассказывала родным о Царской Семье. Сам Государь называл ее по имени-отчеству, а Государыня в письме к А.А. Вырубовой говорила о ней: «моя хорошая большая Нюта Демидова». До наших дней дошло и поздравление  Анне от Царицы:  «Милую Анну Степановну сердечно поздравляю с днем Ангела, мысленно крепко целую и мои самые лучшие пожелания. А.Ф.»  21 февраля 1913 года в связи с празднованием 300-летия Дома Романовых Анна Степановна Демидова в числе других царских слуг была награждена  памятной Светло-бронзовой медалью.

Иногда Нюта приезжала в родной Череповец, и тогда простые люди, любя Царскую Семью и уважая Анну, горничную самой Императрицы, с почетом встречали её: «стояли вдоль дороги от вокзала до самого дома» (из рассказа старой няни в доме сестры Анны – Е.С.Демидовой).

После Февральской революции 1917 года все обитатели Царского Cела, кто не желал подвергаться тюремному режиму, должны были покинуть дворец. Демидова в числе немногочисленной прислуги продолжала жить в Александровском дворце. Когда встал вопрос об отправке венценосной Семьи в Англию, Анна сообщила родным, что туда не поедет, а вернется в родной Череповец. Видимо, любя Россию, не желала расставаться с ней. Она  переслала Елизавете  личные вещи и альбомы с фотографиями. Когда же Семью в августе 1917года отправили в Тобольск, Анна добровольно последовала за ней в ссылку, чтобы разделить горечь и тяжесть изгнания с горячо любимыми ею Хозяевами, как она называла Царскую Чету. Будущее страшит ее, но у нее и мысли не возникает предать их. «Последние две недели, когда узнала, что нас намереваются «куда-то» отправить, жила нервно, мало спала, волновалась неизвестностью, куда нас отправят, — писала она в сохранившемся до наших дней дневнике. – Это было тяжелое время. Только уже дорогой мы узнали, что мы «на дальний север держим путь», и как подумаешь только – «Тобольск», сжимается сердце».  В дневнике она описывает долгую дорогу в Сибирь. Из  дневника Анны Демидовой: «Пока в дороге меньше думаешь о том, как будет дальше, но на душе тяжелее, как только вспомнишь, как ты далека от родственников и увидишь ли их опять и когда?! Я пять месяцев не видела ни разу сестру».

Жизнь в Тобольске Царская Семья считала «тихой и спокойной». И Романовы, и слуги жили в изгнании одной сплоченной семьей: вместе молились, вместе вкушали пищу, вместе трудились и отдыхали. Анна пишет в дневнике про погоду, про времяпрепровождение: посещение церкви всеми узниками, обедницы и всенощные в доме,  вечера с коллективным чтением, когда по очереди читали Государь,  доктор Боткин, князь Долгоруков; пишет о своих хлопотах по хозяйству, о занятиях с цесаревичем Алексеем во время болезни его учителей. Иногда она посещала днем Софийский собор, в котором почивают мощи св. Иоанна Тобольского, прославленного в царствование НиколаяII. Поскольку Анна имела право свободного  выхода в город, то выполняла различные поручения Александры Федоровны, рискуя при этом свободой и даже жизнью. Она тайно выносила и передавала верным людям письма и посылки от Императрицы ее близким друзьям. В письме от 15.12.17 Анне Вырубовой Александра Федоровна пишет: «Благодари Аннушку за вещи и пиши мне осторожно. Надеюсь, что наши вещи получишь к празднику, отослали их только вчера. Это Аннушка мне всё готовит с Волковым». И в письме от 10.12.1917г.: «Конечно, мы рискуем посылать этот пакет, но пользуюсь Аннушкой… Напиши Аннушке, что ты все получила».  В последние месяцы заключения жалованья слугам не платили: они служили Царской Семье из преданности.

Евгений Кобылинский, глава охраны Царской Семьи в Тобольске, дал показание: «Демидова была лет 42, полная, блондинка, лицо красноватое, нос прямой и небольшой, глаза голубые». Сидней Гиббс, учитель английского языка царских детей, в которого, по некоторым сведениям, Анна была влюблена, оставил нам её портрет: «Высокая, хорошо сложенная женщина, склонная к полноте, которая, вопреки ее физической внешности, была чрезвычайно робкого характера». Он вспоминал, какой страх она испытывала в свой последний вечер в Тобольске: «Я так боюсь большевиков, мистер Гиббс. Я не знаю, что они могут с нами сделать». Преодолевая страх, она сопровождала Государыню из Тобольска в Екатеринбург.

Жизнь узников в «Доме особого назначения» проходила в атмосфере непрекращающихся издевательств со стороны грубых, наглых, озлобленных охранников. Демидова оказалась единственной служанкой, которой позволили быть при Семье, и последние 53 дня перед казнью она вместе с Романовыми провела в Ипатьевском доме, неустанно служа Императрице: стирала и чинила белье, топила печь. Из письма великой княжны Марии Николаевны: «…Нюта штопает чулки. Утром вместе стелили постель…» Из дневника Государыни: «Дети с Нютой штопали белье…», «Перед ужином Мария и Нюта помыли мне голову». Анна Степановна оказалась одной из самых близких людей в окружении святой Царской Семьи в трагический год ее жизни.

Венценосные страдальцы переживают за своих верных слуг. Вот строчки из письма Александры Федоровны: «Вспомните тех, других. О, Боже, как за них страдаем, что они переживают, невинные…Венец им будет от Господа. Перед ними хочется на коленях стоять, что за нас страдают, а мы помочь им не можем, даже словом. Это тяжелее всего».

В роковую июльскую ночь убийства Царской Семьи и ее верных слуг Анна несла подушки, так как арестантам объявили, что их отвезут в безопасное место.  В подвале Нюта прислонилась к косяку двери, а рядом встала любимая ею Анастасия. В последние минуты жизни они стояли рядом – великая княжна и ее верная няня. Далее разворачивается потрясающая трагедия. Когда большевики начали стрелять, перепуганная, беспомощная женщина в ужасе заметалась по подвалу, защищаясь подушкой от пуль, которые увязли в подушке. Когда выстрелы смолкли, Анна радостно воскликнула: «Слава Богу! Меня Бог спас!» Но радоваться чудесному спасению ей пришлось недолго. Палачи с чудовищной жестокостью стали добивать ее штыками, нанеся 32 удара, а потом разбили ей голову прикладами. На долю Анны Степановны выпали самые страшные муки. Один из убийц А. Кабанов вспоминал: «Фрельна лежала на полу еще живая…. Один из товарищей в грудь фрельны стал вонзать штык американской винтовки «Винчестер». Штык вроде кинжала, но тупой, и грудь не пронзал, а фрельна ухватилась обеими руками за штык и стала кричать, но потом её и трех царских собак добили прикладами ружей».

Охранник А. Стрекотин свидетельствовал: «Тов. Ермаков, видя, что я держу в руках винтовку со штыком, предложил мне доколоть оставшихся в живых. Я отказался, тогда он взял у меня из рук винтовку и начал их докалывать. Это был самый ужасный момент их смерти. Они долго не умирали, кричали, стонали, передёргивались. В особенности тяжело умирала та особа – дама. Ермаков ей всю грудь исколол. Удары штыком он делал так сильно, что штык каждый раз глубоко втыкался в пол».  Так было совершено кровавое злодеяние, в результате которого закончилась жизнь Анны Степановны Демидовой, замечательной русской женщины, разделившей с Царской Семьей ссылку, бесчисленные страдания  и восшествие на Голгофу.

Её подвиг был по достоинству оценен Русской Православной Зарубежной церковью: в 1981 году она была причислена к лику святых вместе со всеми убитыми в подвале  Ипатьевского дома. Благодарные жители Череповца на доме, где Анна Демидова провела детство и юность, установили мемориальную доску в память о ней. Верим, что в недалеком будущем состоится и её канонизация. Мы преклоняемся перед её верностью Семье святых Царственных страстотерпцев.